March 22nd, 2017

Хулиганского.

У нас есть семейный анекдот , как брат моей бабушки бился о заклад с коллегой-преподавательницей, рассуждавшей о высокоморальности русского фольклора, что она не сможет прочесть вслух в учительской текст какой-то известной былины, но в академическом. а не адаптированном варианте.
Пари дама проиграла, поскольку дело было ещё в 30-х, приличия следовало соблюдать, а пресловутый текст изобиловал выражениями типа:

" ...И возговорил Илья Муромец громким голосом:
- Ах ты, гой еси, блядищща ты окаянная...."

Из жизни поросячьей.

Все десять сироток http://lytrumsalicaria.livejournal.com/102127.html#comments живы и по-прежнему находятся на моем попечении вследствии факторов сугубо субъективных.

(Вспоминается "юмористический" стих из булкохрустящих времен:

- Смотри, свинья какая с поля
Идет , - заметил Коле Саша,
- Она наверно, будет , Коля,
Ещё жирней, чем наш папаша!

На это Коля: - Саша, Саша!
Зачем сказал ты эту фразу?
Таких свиней, как наш папаша,
Я не видал ещё ни разу!)


К счастию с подсосного вскармливания они перешли на корытное. Оно им не нравится, поскольку невкусное, молока на всех уже не напасешься , варим овсянку и забеливаем.

Потому не то что с голоду умирают, но явно постятся. И мое появление в стойле встречают на редкость нездоровым ажиотажем: а вдруг чего-то вкусного принес?
Сперва я им наливаю вообще зверобойного чая, чтоб сперва с азарта хватили лекарства, - сытые-то воду хлебать не станут.
По паре глотков они не разобравшись делают, а потом с возмущенными воплями идут на штурм. Некоторые ухитряются зацепиться передними ногами за край сапожного голенища и попробовать на зуб ногу под штаниной, пока в корыте не окажется уже что-нибудь посущественней.

Я ржу, что жена должна быть готова в любой момент идти в Панино с тачкой, меня вывозить, когда ноги откусят.
Пальцам уже пару раз доставалось весьма чувствительно, потому наливать пойло приходится с безопасной высоты.